Нормативная теория права. Нормативистская теория права: достоинства и недостатки Достоинства нормативистской теории права

Ее представителем являлся австрийский философ права Г. Кельзен (1881 - 1973 гг.), последние годы жизни которого прошли в США. Право в названной теории представляет собой иерархическую систему норм в виде "лестницы, где каждая верхняя ступень обслуживает нижнюю, а нижняя вытекает из верхней и ей подчиняется".

Основной целью теории права он считал снабдить юриста, прежде всего судью, законодателя и преподавателя пониманием и описанием позитивного права страны. При этом наука должна описывать свой предмет изучения объективно (как он есть), с целью познания реальности. Другие соображения должны быть предметом политики, имеющей непосредственное отношение к искусству государственного управления.

Одной из самых трудных задач общей теории права он считал определение ее реальности и показ различия между реальностью законов и природы. Свою позицию по отношению к естественно-правовым концепциям он определил следующим образом. Школу естественного права следует воспринимать как носительницу доктрины, предлагающей вариант решения вечной проблемы справедливости посредством определения характера взаимоотношений между людьми. Естественные права законами государства нельзя ни установить, ни отменить. Государство может их только защитить или обеспечить.

Независимость права от политики должна выражаться в том, что ученые не должны заранее склоняться в пользу обозначенной не ими ценности.

Ядром нормативистского подхода к пониманию права является мысль, согласно которой законодатель всегда прав, а какие-либо "целесообразности" если и допустимы, то лишь в рамках толкования юридических норм. "Закон суров, но он Закон". Поэтому данный подход называют формально-юридическим.

Нормативисты и легисты отождествляют право с законом и трактуют его принудительный характер как сущность права. Закон ими понимается как одна из форм права, которое представляет собой совокупность законов. При этом право рассматривается лишь как официально-властное орудие, как средство для осуществления социального управления. Наиболее точно такой подход выражен в трактовке права, сформулированной В.И. Лениным: "Право - это возведенная в закон воля господствующего класса".

Основные идеи:

• 1) исходным, в частности для концепции Кельзена, является представление о праве как о системе (пирамиде) норм, где на самом верху находится основная (суверенная) норма, принятая законодателем, и где каждая низшая норма черпает свою законность в норме более значительной юридической силы;
• 2) бытие права принадлежит сфере должного, а не сущего. Оно, таким образом, не имеет обоснования вне сферы норм долженствования, и его сила зависит от логичности и стройности системы юридических правил поведения. Поэтому юридическая наука должна изучать право в чистом виде, вне связи с политическими, социально-экономическими (и другими сущими) оценками;
• 3) в основании пирамиды норм находятся индивидуальные акты решения судов, договоры, предписания администрации, которые также включаются в понятие права и которые тоже должны соответствовать основной (прежде всего конституционной) норме.

Достоинства теории:

• 1) верно подчеркивается такое определяющее свойство права, как нормативность, и убедительно доказывается необходимость соподчинения правовых норм по степени их юридической силы;
• 2) нормативность в данном подходе органически связана с формальной определенностью права, что существенно облегчает возможность руководствоваться юридическими требованиями (в силу более четких критериев) и позволяет субъектам знакомиться с содержанием последних по тексту нормативных актов;
• 3) признаются широкие возможности государства влиять на общественное развитие, ибо именно государство устанавливает и обеспечивает основную норму.

Слабые стороны:

1) слишком значителен крен к формальной стороне права, что повлекло

за собой игнорирование его содержательной стороны (прав личности, нравственных начал юридических норм, соответствия их объективным потребностям общественного развития и т.п.). Поэтому представители данной теории недооценивают связь права с социально-экономическими, политическими и духовными факторами, т.е. излишне очищают от них право;

2) признавая тот факт, что основную норму принимает законодатель, сторонники этой теории преувеличивают роль государства в установлении эффективных юридических норм. В силу разных причин оно может удовлетворяться и устаревшими нормами, и однозначно произвольными.

Нормативистская школа права

Нормативистская теория права – теория, которая была создана в начале xx в.

Основные положения:

весь мир делится на реальную общественную жизнь, «мир сущего»;

и на не связанное с ним право, «мир должного», которое представляет собой пирамиду, в основании которой расположены индивидуальные акты, а на вершине – «основная норма».

Главными представителями нормативистской школы права считают Г. Кельзена, Р. Штаммлера, П.И. Новгородцева.

К нормативистам в широком смысле слова в современной юридической литературе относят всех тех правоведов, которые полагают, что наука права должна прежде всего заниматься анализом и классификацией действующих правовых норм, построением юридических понятий и схем, не касаясь вопросов социологии и психологии, а главным образом – политики.

Нормы права представители данной школы определяли как некую совокупность норм, как что-то замкнутое само в себе. Они также пытаются объяснять их не общественно-производственными отношениями и не сложившимися международными условиями, а лишь исходя из самих по себе норм.

Государство нормативисты рассматривают как «единство внутреннего смысла правовых положений», а также как проявление полной «социальной солидарности». Они подвергают критике то положение, что право является проявлением воли господствующих в обществе классов, не признают того, что юридические законы берут основу для своего содержания в определенных экономических, а также производственных условиях, которые доминируют в соответствующем обществе.

Свой подход имеют нормативисты и к методам изучения права. Нормативизм и его сторонники считают право областью чистого долженствования и в результате полагают его независимым от того, как применяются и применяются ли вообще его предписания в существующем мире. Поэтому нормативисты утверждают, что к праву совершенно нельзя применять такой метод, которым изучают явления реальной действительности. Таким образом, метод, который пропагандирует Кельзен и его сторонники, является не чем иным, как традиционным юридическим методом догматиков. Основное его отличие в том, что он «обоснованный» философской аргументацией, которая была заимствована нормативистами у неокантианцев, а также у других современных философских течений (в частности, у махистов). По мнению теоретика нормативистской школы Кельзена, наука, изучающая право, обязана быть чем-то вроде алгебры права или логики права, а именно системой отвлеченных формул.

Современные сторонники нормативистской школы также поддерживают концепцию о примате международного права над внутригосударственным и идею о возможности создания «мирового государства» и «мирового правительства».

Нормативистская теория права

Нормативистская теория права в наиболее полной степени была сформулирована в XX в. австрийским юристом Г. Кельзеном.

Основные идеи данного учения заключаются в следующем:

По Кельзену, право - это сфера должного, а не сущего. Оно, таким образом, не имеет обоснования вне сферы норм долженствова­ния и его сила зависит от логичности и стройности системы юридичес­ких правил поведения. Поэтому Кельзен считал, что юридическая наука должна изучать право в «чистом виде», вне связи с политически­ми, социально-экономическими и другими оценками;

Исходным является пред­ставление о праве как о системе (пирамиде) норм, где на самом верху находится «основная (суверенная) норма», принятая законодателем, и где каждая низшая норма черпает свою законность в норме большей юридической силы;

В основании пирамиды норм находятся индивидуальные акты - решения судов, договоры, предписания администрации, которые также включаются в понятие права и которые тоже должны соответст­вовать основной (прежде всего конституционной) норме.

Достоинства:

Верно подчеркивается такое определяющее свойство права, как нормативность, обращается внимание на необходимость иерархии правовых норм по степени их юридической силы;

нормативность в данном подходе органически связана с формаль­ной определенностью права, что существенно облегчает возможность руководствоваться юридическими требованиями (в силу более четких критериев) и позволяет субъектам знакомиться с содержанием послед­них по тексту нормативных актов;

Признаются широкие возможности государства влиять на общест­венное развитие, ибо именно государство устанавливает и обеспечива­ет основную норму.

Недостатки:

Данную теорию критикуют за увлеченность фор­мальной стороной права, что повлекло за собой игнорирование его содержательной стороны (прав личности, нравственных начал юри­дических норм, соответствия их объективным потребностям общест­венного развития и т.п.), за то, что они недооценивали связь права с социально-экономическими, политическими и духовными факто­рами;

Признавая тот факт, что основную норму принимает законодатель, Кельзен преувеличивает роль государства в установлении эффектив­ных юридических норм. В силу разных причин оно может удовлетво­ряться и устаревшими нормами, и однозначно произвольными.

Данная школа права берет свое начало из немецкой философии И. Канта, который впервые ввел понятие «категорический императив». Так, под категорическим императивом понималось общеобязательное требование чистой воли, независимой от каких-либо внешних явлений.

Нормативистская теория права получила широкое распространение в XIX в. Данное направление учения о праве способствовало упрочению законности и ограничению судейского усмотрения. Нормативисты впервые выдвинули идею правового государства в смысле самоограничения власти законом. В конце XIX-начале XX вв. данная правовая школа претерпела значительные изменения - из нее выделилось отдельное направление. Такое новое направление получило название «чистое учение о праве», и его автором являлся Г. Кельзен. Основоположники чистого учения о праве противопоставляли право («мир должного») реальной общественной жизни («мир сущего»).

Г. Кельзен выводил право из самого права. Право, утверждал он, не подчинено принципу причинности и черпает силу и действенность в самом себе. Для Кельзена проблемы причин возникновения права вообще не существовало.

«При нормативном подходе право рассматривается как система регулирующих человеческое поведение правил, исключительно исходящих от государства и охраняемых им. Нормативное правопонимание основывается на теории позитивного права, отождествляющего право и закон». Нормы законов составляют иерархическую пирамиду. Ее вершина - конституция. Данная теория является полностью противоположной теории естественного права (все право - только от государства).

Достоинством теории является то, что данной теорией доказывается:

Связь права и государства;

Его обязательное исполнение всеми субъектами;

Иерархическая соподчиненность нормативно-правовых актов.

Недостатки теории в том, что:

Отрицаются естественные права человека;

Теория может служить обоснованием всевластия государства.

8)Психологическая теория происхождения права исходит из того, что источником формирования права служат внутренние переживания людей, их правовые эмоции.

Основоположником психологического направления в юриспруденции считают дореволюционного юриста Л.И. Петражицкого (1867–1931). Он полагал, что появление официальных юридических норм стало возможным в силу способности людей к правовым эмоциям, особого психического состояния, которое позволяет регулировать человеческое поведение в рамках сущего и должного. У каждого народа существует так называемое интуитивное право , которое развивается постепенно, не подвержено фиксированию и не зависит от чьей-либо воли или произвола. Оно легко приспосабливается к новым жизненным ситуациям, подвижно и побуждает перемены в позитивном праве, т. е. законодательстве.

По мнению Л.И. Петражицкого, право не есть реальность , оно лишь комплекс переживаний человека, а права и обязанности существуют не реально, а в сознании того, кто в данную минуту переживает конкретные юридические чувства и мысли. Право есть психологический фактор общественной жизни и действует только психологически.

Более того, Л.И. Петражицкий рассматривал право как явление, порожденное индивидуальным сознанием, а не общественным. Единственным источником права он считал индивидуальное сознание. Всякое иное право, существующее вне сознания человека, есть оптический обман.

Л.И. Петражицкий под правом понимал эмоциональные переживания человека императивно-атрибутивного характера. Что это означает?

Атрибутивная норма – это переживания чувства правомочия на что-то, а чувство обязанности сделать что-то есть императивная норма.

Право – это переживания человека, которые, с одной стороны, учитывают чью-либо обязанность совершить какие-либо действия, а с другой – чье-либо притязание на осуществление этих действий (либо на воздержание от них), которые предопределены обязанностью. Следовательно, право целиком относится к миру внутренних, чисто субъективных переживаний человека. Право не связано с государством и с другими социальными явлениями. Для Л.И. Петражицкого характерно чрезмерно широкое толкование и понимание права. Как он писал, правом «оказывается не только многое такое, что находится вне ведения государства, не пользуется официальным признанием и покровительством, но и многое такое, что со стороны государства встречает прямо враждебное отношение, подвергается преследованию и искоренению как нечто противоположное и противоречащее праву в официально-государственном смысле». Отсюда включение им в право не только права нормальных и хороших людей, но и права преступных организаций, права, возникающего на почве суеверий, и т. п.

Сторонниками психологической теории были дореволюционные государствоведы Н.М. Коркунов, Ф.Ф. Кокошкин, М.А. Рейснер. У Л.И. Петражицкого немало последователей среди зарубежных юристов, которые всю общественную жизнь понимали как проявление психического начала (Г. Тард, Ф. Уолрд). По теории Г. Тарда, законом, определяющим развитие общества, является закон психологического подражания. Право создается господствующими классами для того, чтобы низшие классы подражали высшим.

В известной мере на психологической теории основывалось учение известного австрийского психиатра З. Фрейда. Он пытался объяснить индивидуальную жизнь человека и все социальные процессы с позиции подсознательных инстинктов , полагая, что бессознательное является определяющим фактором поведения и всей жизни человека.

Таким образом, психологическая теория считает возможным внегосударственное возникновение права. В его создании решающую роль играют правосознание и правовая культура народов.

9)Марксистское учение о происхождении права базируется на основополагающей идее – возникновение права неразрывно связано с образованием государства. А поскольку они возникают одномоментно, причины и закономерности их развития одни и те же, а именно: появление прибавочной стоимости, затем и частной собственности привело к расколу общества на антагонистические классы. В результате первобытные обычаи оказались не приспособленными для регулирования поведения людей. В то же время для функционирования государства потребовались такие нормы, которые смогли бы сделать государственную волю общеобязательной. В результате возникла потребность в нормативном регулировании, которое обеспечивало бы классовое господство и стало бы классовым регулятором общественных отношений.

Ими стали юридические нормы, образующие в своей совокупности право.

Марксистская теория выделяет два пути правообразования:

1) перерастание первобытных обычаев в нормы обычного права. При этом государство снабжает обычаи принудительной санкцией;

2) правотворчество государственных органов, которые устанавливают новые нормы, выражающие волю господствующего класса, и которые навязываются всему обществу. Эти нормы были направлены на то, чтобы обеспечить классовое господство, и поддерживаются принудительной силой государства.

Согласно марксистской теории право жестко привязано к государству и подчинено ему. Оно служит его инструментом, с помощью которого государство решает свои классовые задачи. Отсюда главная функция права – принуждение, подчинение воле того класса или той социальной группы, которые стоят у власти.

Подытоживая изложенный материал о происхождении права, можно сделать вывод, что среди ученых нет единства мнений по данному вопросу. Почти все теории происхождения права основываются на истинных свойствах права и процессах его возникновения, но при этом отдельные факторы нередко преувеличиваются.

11) Социологическая теория происхождения права (Иеринг, Л. Дюги, Е. Эрлих, Р. Паунд). Данное направление учения о праве сложилось в первой трети XX в. в европейских странах, далее оно получило развитие на территории США. Положения социологической теории права выступают в качестве противоположных по отношению к положениям нормативистской теории права.

Основоположники социологической теории права под собирательным понятием «право» понимали следующие правовые институты: административные акты, судебные решения и приговоры, обычаи; правосознание людей, судей, должностных лиц; правоотношения; юридические нормы. Кроме того, под правом понималась деятельность, посредством которой можно осуществлять вмешательство в другую деятельность, т. е. право рассматривалось в действии. При этом следует отметить, что, согласно социологической концепции права, юридическое значение правовых норм принижалось, т. е. сама правовая норма была лишена всякой активности.

«Способностью творить право», т. е. законотворческими полномочиями, наделяются судьи. Кроме того, подчеркивается психическое переживание судьи при разрешении конкретного судебного дела. Представители социологической теории права понимали право как правоотношения, которые возникают и существуют независимо от юридических норм. Иными словами, правовые отношения приравнивались к общественным отношениям, а социальный порядок - к правопорядку. Подобное понимание права, с одной стороны, приближало его к реальной жизни, юридической практике, а с другой, оправдывало и обосновывало административный и судебный произвол.

Данная теория наиболее логически завершенную форму получила в XX в. Наиболее яркими представителями этой теории являются Р. Штаммлер, П.И. Новгородцев, Г. Кельзен и др.

Сторонники этой идеи выдвигали идеи о том, что исходным, в частности для концепции Кельзена, является представление о праве как о системе (пирамиде) норм, где на самом верху находится «основная (суверенная) норма», принятая законодателем, и где каждая низшая норма черпает свою законность в норме более значительной юридической силы.

По Кельзену, бытие права принадлежит к сфере должного, а не сущего. Оно, таким образом, не имеет обоснования вне сферы норм долженствования и его сила зависит от логичности и стройности системы юридических правил поведения. Поэтому Кельзен считал, что юридическая наука должна изучать право в «чистом виде», вне связи с политическими, социально-экономическими (и другими сущими) оценками. Сравнивая право с пирамидой представители этой теории считали, что в основании пирамиды норм находятся индивидуальные акты -- решения судов, договоры, предписания администрации, которые тоже включаются в понятие права и которые тоже должны соответствовать основной (прежде всего конституционной) норме.

Несомненными достоинствами этой теории в том, что в ней верно подчеркивается такое определяющее свойство права, как: нормативность, и убедительно доказывается необходимость соподчинения правовых норм по степени их юридической силы.

Нормативность в данном подходе органически связана с формальной определенностью права, что существенно облегчает возможность руководствоваться юридическими требованиями (в силу более четких критериев) и позволяет субъектам знакомиться с содержанием последних по тексту нормативных актов. Признаются широкие возможности государства влиять на общественное развитие, ибо именно государство устанавливает и обеспечивает основную норму.

Однако как и любая теория нормативистская теория права имеет и слабые стороны. Прежде всего это то, что в нормативистской теории осуществлен слишком сильный крен к формальной стороне права, что повлекло за собой игнорирование его содержательной стороны (прав личности, нравственных начал юридических норм, соответствия их объективным потребностям общественного развития и т.п.). Также слабыми сторонами этой теории является недооценка связи права с социально-экономическими, политическими и духовными факторами (т.е. представители данной теории излишне «очищали» от них право), а также преувеличение роли государства в установлении эффективных юридических норм. В силу разных причин оно может удовлетворяться и устаревшими нормами и однозначно произвольными.

ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

Ю.Г. Арзамасов

НОРМАТИВИСТСКАЯ ТЕОРИЯ ПРАВА: УРОКИ ИСТОРИИ

В статье рассмотрены как положительные стороны нормативистской теории права Г. Кельзена, так и отрицательные. Отмечается, что сильнейший удар теория нормативизма получила в ходе Нюренбергского процесса над немецкими фашистскими преступниками, что подтверждает анализ норм законов и правоприменительной практики нацистской Германии. Формулируется вывод о необходимости закрепления требований, предъявляемых к содержанию нормативных правовых актов.

Ключевые слова: нормативистская теория права, нормативизм, нацистское законодательство, система норм права, законы, нацификация, требования, предъявляемые к нормативным правовым актам.

NORMATIVISTIC THEORY OF LAW:

LESSONS FROM HISTORY 2

The article describes the positive and negative aspects of the normativistskoy theory of n

right by G. Kelzen. It is noted that a severe blow to the theory normativism received during the "2

Nuremberg trial of German fascist criminals. This confirms the analysis of the provisions of S

laws and law enforcement practices of Nazi Germany. It is concluded that, in order not to repeat о

the negative lessons of history associated Nazification, in the national laws governing the cre- S

ation of laws procedure should establish requirements for the content of normative legal acts. g

Keywords: normativistskaya theory of law, normativism, Nazi laws, the system of legal 2

norms, laws, Nazification, the requirements for regulatory legal acts. H

Правовые системы многих стран, входящих в романо-германскую правовую е семью, как ее в свое время определил Рене Давид1, живут и развиваются в основ- о ном под влиянием «чистого учения о праве» австрийского ученого Г. Кельзена2. I Так, например, сегодня уже ни у кого не вызывают сомнения такие понятия, | как: «законность»3, «юридическая сила»4, «иерархия норм права»5, «правопо- №

рядок»6. Данные понятия прочно вошли в научный обиход как ученых, юристов 1 практиков, различных государственных служащих, так и обывателей.)

Под влиянием «чистого учения о праве», т.е. теории нормативизма, отече- 1 ственные правоведы стали больше уделять внимания таким явлениям, как коллизии в праве7, гарантии законности8, формированию четкой и стройной системы законодательства9.

© Арзамасов Юрий Геннадьевич, 2016

Доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры теории и истории права (Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»)

Несомненно, с данной концепцией тесно связано также широкое распространение в современном мире идей верховенства международного права над национальным законодательством государств, учреждение институтов конституционного контроля (создание специального органа конституционной юстиции впервые было предусмотрено в Конституции Австрии 1920 г., которую отредактировал сам Г. Кельзен). Многие системы законодательства как европейских, так и азиатских стран, построены на основе той самой пирамиды норм, которую предложил Г. Кельзен, и отличаются от его предложений только отдельными незначительными штрихами, подчеркивающими особенности той или иной формы правления и национальных правовых систем.

Несомненно, что Г. Кельзен - один из самых ярких представителей нормативизма, поскольку он предложил понимать под правом «совокупность правил поведения». С данным концептом сегодня соглашаются представители разных правовых школ и направлений. Однако в своих суждениях Г. Кельзен часто ассоциировал право и с государственным порядком. «Ведь считается само собой разумеющимся, что собственный государственный принудительный порядок есть право»10.

Говоря об учении Г. Кельзена, следует отметить, что, несмотря на то, что в СССР марксисты молча взяли на вооружение нормативистскую теорию права, они критиковали Г. Кельзена за то, что в представленной им иерархии, а точнее пирамиде норм права, отсутствовал экономический базис. Если бы Г. Кельзен в своих работах указал, что право базируется на экономике и вытекает из нее, то они бы признали учение Г. Кельзена полностью, безоговорочно. Однако буржу-з азный характер, вернее, основа, концепт этого учения не позволил им сделать? этого, поскольку такой шаг означал бы полное признание буржуазной правовой з теории, что не только противоречило марксистско-ленинскому учению, но было

и не безопасно в условиях сталинского тоталитарного режима. I Остановимся на выявлении основной идеи учения Г. Кельзена. Проведенный

1 анализ показывает, что основные идеи нормативистской теории Г. Кельзена за-

| ключаются, прежде всего, в том, что исходным является представление о праве

§ как о системе (пирамиде) норм, направленной на регулирование общественных

| отношений, где на самом верху находится основная (суверенная) норма, приня-

2 тая законодателем. Данная норма - это определенная идея, основа, от которой ° исходят нормы права. Причем каждая низшая норма черпает свою законность в « норме более значительной юридической силы. Так, из «грунд нормы» вытекают | нормы конституции, затем нормы обыкновенного закона, далее следуют акты

0 правительства, акты министерств и ведомств, индивидуальные акты. К послед-

1 ним относятся решения судов, договоры, предписания администрации, которые ° тоже должны соответствовать основной конституционной норме и всем иным

3 нормам, а также нормам, обладающим большей юридической силой.

I Г. Кельзен считал, что юридическая наука должна изучать «право в чистом

I виде», в не в связи с политическими оттенками, т.е. право должно быть полностью независимым от политиков, их решений, политических партий и т.п. Данная идея хороша сама по себе, но на практике она довольно трудно реализуема. Однако как определенный стандарт (эталон) она может вызвать одобрение.

Между тем вся история государства и права подтверждает то, что право часто выступало лишь средством, определенным инструментом в руках публичной

власти и господствующих слоев населения (граждан Древнего Рима, российских

помещиков, современных олигархов и др.), инструментом реализации определенных замыслов, целей, программ, вида государственной политики и т. п.

Таким образом, мы видим, что положительных сторон у нормативизма Г. Кельзена достаточно. Но есть ли слабые места в данном учении? Если да, то в чем они проявляются?

Во-первых, следует отметить, что в теории Г. Кельзена осуществлен большой крен к формальной стороне, т.е. форма преобладает над содержанием нормативных документов. Такое положение вещей, несомненно, приводит к правовому дисбалансу, что влечет за собой иной раз даже полное игнорирование его содержательной стороны11. По мысли Г. Кельзена, «... для чистого учения о праве характерна выраженная антиидеологическая направленнность»12, которая представляет позитивное право свободным от всякого смещения с «идеальным» правом13.

Во-вторых, все акты государства признаются правовыми, т.е. легитимными, правильными, не требующими сомнения в их пробельности, законности и т. п. «Всякое государство, - писал Г. Кельзен, - ... есть правовое государство в том смысле, что оно представляет собой правопорядок»14.

В-третьих, Г. Кельзен довольно критически относился к социологии права. В этой связи М.В. Антонов отмечал, что «чистая теория права Ганса Кельзена в истории теоретического правоведения XX в. является наиболее показательной и последовательной попыткой очистить науку о праве от чужеродных ей элементов, в число которых австрийский правовед включал методы естественных и социальных наук»15.

В-четвертых, у Г. Кельзена преувеличена роль законодателя, который может е закрепить в нормативных документах возможность применения не только уста- и ревших правил поведения (например, консервативных обычаев), но и противо- а правных действий, произвола, возможность ущемления прав и свобод человека о

и гражданина. о

Поговорим об этом более подробно. Сильнейший удар теория нормативизма з получила, когда проходил Нюренбергский процесс над бывшими немецкими | преступниками. Весь парадокс заключался в том, что, с точки зрения норма- е

тивистской теории, фашистских преступников нельзя было судить, т.к. в свое о

оправдание последние говорили, что они солдаты и выполняли законы и подза- р

конные акты Германии. Ч

Что это были за законы? Какие нормы они закрепляли? о

Чтобы ответить на данный вопрос, проанализируем нормативные акты, К

принятые в Германии с апреля по декабрь 1933 г. и частично практику их при- |

менения. Данный период времени в истории Германии взят нами для анализа и

не случайно, поскольку именно в это время наблюдается активное упрочение №

власти НСДАП и проводится политика т.н. «нацификации» всех сфер жизни ц общества. Так, например, 10 апреля 1933 г. был принят Закон «О допущении к) занятию адвокатурой». В соответствии с данным нормативным документом евреи 6 отстранялись от защиты обвиняемых как на предварительном расследовании, так и в дальнейшем, т.е. во время судебного разбирательства. Помимо прочего, они лишались также права приобретать членство каких бы то ни было государственных профессиональных объединений юристов16. Фактически данный Закон способствовал тому, что из юридической профессии устранялись неугодные Гитлеру евреи.

Далее на основании Закона от 26 апреля 1933 г. «О засорении чуждыми элементами германских школ и университетов» была введена процентная норма для евреев в школах и университетах, в чем также проявляется дискриминация по национальному признаку17.

2 июня 1933 г. произошло увольнение еврейских зубных техников из поликлиник на основании предписаний фактически антиправовых норм Закона «О допущении врачей к работе в больничных кассах». 5 июля 1933 г. в Германии произошла отмена пособий для молодоженов, если один из партнеров был не арийцем. Данная норма также свидетельствует о проявлении дискриминации в отношении, главным образом, евреев и цыган. Еще один факт дискриминации по национальному принципу. 22 сентября 1933 г. в Германии происходит утверждение Государственного отдела культуры, куда был открыт доступ лишь для арийцев. С 29 сентября 1933 г. от крестьян стали требовать доказательства их арийского происхождения.

4 ноября 1933 г. был принят Закон «О главных редакторах». На первый взгляд, казалось бы, безобидный сам по себе акт, но он закрепил вопиющие антиправовые нормы, согласно которым пресса определялась не просто как «государственное средство просвещения и воспитания». Запрещалось евреям или лицам, состоящим с ними в браке, редактировать и выпускать немецкие газеты. Результат не заставил себя ждать. Исторические факты свидетельствуют, что в период с ноября 1933 г. по июль 1934 г. число ежедневных газет в нацисткой Германии сократилось с 2703 до 1128, а еженедельных журналов на 40%, число ежемесячных журналов сократилось на 45%18. з Как видим, имело место ущемление прав не арийцев не только в нормах

Данных актов, но и на практике. При этом при регулировании отношений, воз-з никающих между евреями и другими не арийцами в нацистской Германии, % государством с утверждающимся ярко выраженном фашистским режимом, при-I менялись совершенно разнообразные средства и методы дискриминации народов

1 и народностей как от различных правовых запретов и ограничений, принятия

| и реализации антиеврейских законов, так и до физического насилия, погромов

§ и даже геноцида отдельных народов.

| Важным, с точки зрения правового анализа, представляется рассмотрение

2 Закона от 7 апреля 1933 г. «Об упорядочении управленческого аппарата», кото° рый разрешал увольнять государственных чиновников, не являющихся «... из-« за своей прежней политической деятельности благонадежными и на которых | нельзя положиться в том, что они полностью посвятят себя службе государ-

0 ству»19. Результатом практической реализации данного Закона стала тотальная

1 нацификация, т.е. утверждение нацистской доктрины, идеи в системе других ° общепринятых концептов, теорий и идеологий управленческого аппарата, т.к.

3 лица, не разделяющие нацистскую идеологию, к занятию ответственных постов 1 попросту не допускались.

I Аналогичные нормы принимались и в области регулирования политической

системы. Так, Закон «Против образования новых партий», принятый 14 июля 1933 г., практически обеспечил политическую гегемонию НСДАП, благодаря чему нацистская партия почти полностью заполнила политическое руководство в Германии, напрочь не только оттеснив, но и фактически устранив политических конкурентов и приобретя тем самым особый статус единой правящей партии,

т.е. в тех условиях политический системы Германии, НСДА стала единственной

действующей легальной структурой политической системы. Итог - в Германии была установлена однопартийная система.

Таким образом, менее чем через 5 мес. после назначения на пост рейхсканцлера Германии у Гитлера появилась возможность констатировать свершившийся факт: «Партия стала государством». Впоследствии это получило законодательное оформление в виде принятия Закона от 1 августа 1934 г. «О верховном главе Германской империи», закрепивший за Гитлером уже статус пожизненного главы государства, который согласно нормам обладал исключительным правом назначать своего преемника. Также нормативно верховный глава был наделен правом принимать присягу на верность у солдат, чиновников и имперских министров. Таким образом, фактически он приобрел все формальные функции и необходимые атрибуты полноценного национального лидера20, которые по сути были схожи с полномочиями императора.

В соответствии с Законом от 14 июля 1933 г. «О народном голосовании» 19 августа 1933 г. в Германии состоялся референдум по вопросу о поддержке режима и лично Гитлера. Для нас, живущих в т.н. демократическом обществе и в полной мере осведомленных о разрушительной деятельности нацизма во время Второй мировой войны, его результаты попросту шокируют, т.к. из 94% явившихся на избирательные участки человек более 38 млн, т.е. практически 85% одобрили концентрацию в руках Гитлера всей государственной власти и более того его античеловеческие методы реформирования Германии21.

Как отмечает Д.А. Кошелев в гл. IV. «Содержание и структура правовой системы нацистской Германии» Краткого очерка германского национал-социалистического права (1933-1939), «начало 1934 г. ознаменовалось принятием еще одного нормативного акта, имеющего принципиальное значение для изучения национал-социалистического права - Закона от 30 января 1934 г. «О переустройстве империи». Его принятие было приурочено к первой годовщине прихода Гитлера и НСДАП к власти и представляло собой своеобразный итог прошедшему периоду. Этот Закон упразднял всю систему местного самоуправления, созданную и юридически закрепленную Конституцией 1919 г., с одновременной передачей империи всех «прав верховенства областей». Таким образом, принцип федерализма - не самый удачный для Германии - оказался заменен принципом жесткого унитаризма, для внедрения которого была введена новая государственная должность имперского наместника в землях, имевшего самые широкие полномочия в деле управления землей»22.

Пиком националистического законодательства стали т.н. Нюрнбергские расовые законы, два закона расистского содержания - «Закон о гражданине Рейха» и «Закон об охране германской крови и германской чести». Согласно ст. 2 «Закона о гражданине Рейха» гражданином Рейха может быть лишь тот, кто обладает «германской или родственной ей кровью и кто своим поведением доказывает желание и способность преданно служить германскому народу и Рейху». Такая формулировка фактически означала лишение немецкого гражданства, в первую очередь евреев и цыган.

Не отступали от анализируемых норм и ведомственные подзаконные акты, которые способствовали внедрению античеловеческих норм на практике. Так, например, в приложении к специальному приказу оперативного отдела Генерального штаба германской армии за № 43761/41 отмечалось: «Все имеющиеся у русского гражданского населения валяные сапоги, включая и детские валенки,

подлежат немедленной реквизиции. Обладание валяными сапогами запрещается и должно караться так же, как и неразрешенное ношение оружия» (за которое, по германским инструкциям, виновные расстреливаются на месте).

Из материалов Нюренбергского процесса стало известно, что данный приказ реализовывался на практике следующим образом. Так, при отступлении из села Терентьево Мало-Ярославецкого района Московской области немцы остановили на улице 73-летнего крестьянина Юргова Г. П., 70-летнюю Чибисову А. и 12-летнего Сергеева В., стащили с них полушубки и валенки, а затем расстреляли23.

Фашистские преступники же на Нюренбергском процессе хором говорили, что они выполняли законы, приказы и т.п. Ведь все они были солдатами и за неподчинение могли быть наказаны по военным законам своего государства. Они считали, что одного этого якобы достаточно, чтобы любое решение Нюрнбергского трибунала признать несправедливым. Впрочем, подобные аргументы сразу же были отвергнуты, поскольку §47 германского Военно-уголовного кодекса четко указывал, что солдат вправе отказаться от выполнения любого преступного приказа, кроме случаев, когда ему было неизвестно о злом умысле командира.

С 30 сентября по 1 октября 1946 г. Нюрнбергский трибунал зачитывал приговор нацистам, согласно которому 12 подсудимых были приговорены к смертной казни через повешение. Это были такие высшие чины гитлеровской Германии: В. Геринг, Э. Кальтенбруннер, А. Розенберг, И. фон Риббентроп, В. Кейтель, Г. Франк, В. Фрик, Ю. Штрейхер, Ф. Заукель, А. Йодль, А. Зейсс-Инкварт.

Учит чему-либо история? Последние события, связанные с Украиной, свидетельствует о том, что нет, поскольку там имеют место явные процессы нацификации.

В этой связи, чтобы не повторить уроки истории фашистской Германии, в национальных законах, регламентирующих процедуру создания нормативных правовых актов, во избежание принятия норм, ущемляющих права и свободы человека и гражданина, следует закрепить ряд специальных требований, предъявляемых к содержанию нормативных правовых актов. Так, например, в новом проекте Федерального закона «О нормативных правовых актах в Российской Федерации» следует закрепить не только требования, предъявляемые к нормативным правовым актам как с точки зрения соблюдения правил нормотвор-ческой юридической техники, так и следующие требования, предъявляемые к содержанию нормативных правовых актов, в частности:

1) соответствие общепризнанным международным документам о правах и свободах человека и гражданина;

2) в нормативных правовых актах не должно содержаться норм, ущемляющих или ограничивающих законные права и интересы человека и гражданина;

3) соответствие нормативных правовых актах Конституции, законам и другим актам высших органов государственной власти;

4) соответствие нормативных правовых актах реальным общественным отношениям и общепризнанным моральным нормам;

5) соблюдение органом государственной власти своей компетенции24.

Также следует проводить мониторинг не только проектов нормативных правовых актах и уже действующих актов25, но и мониторинг идей, поскольку те или иные идеи, как мы проследили на примере анализа норм законов нацистской Германии, утвердившейся в Европе идеи нормативизма, могут иметь как положительные, так и негативные черты.

1 См.: Рене Давид, Камилла Жоффре-Спинози. Основные правовые системы современности / пер. с фр. В.А. Туманова. М., 2009. С. 27-29.

2 См., например: Кельзен Г. Общее учение о государстве. Берлин, 1925 // Революция права. М., 1928. № 2. С. 149-152; Его же. Судебная гарантия Конституции (Конституционная юстиция. Ч. 2. Окончание) // Право и политика. М., 2006. № 9. С. 5-18; Его же. Чистое учение о праве и аналитическая юриспруденция / пер. с англ. А.А. Краевского // Российский ежегодник теории права. 2009. № 2. СПб., 2011. C. 432-453; Его же. Чистое учение о праве, справедливость и естественное право / пер. М.В. Антонов; сост. М.В. Антонов. СПб., 2014.

3 См.: Арзамасов Ю.Г. Законность ведомственных нормативных актов. Барнаул, 2002; Боннер А.Т. Законность и справедливость в правопримененительной деятельности. М., 1992; Ведяхин В.М., Ефремов А.Ф. Политические гарантии законности // Правоведение. 2000. № 3; Кудрявцев В.Н. О правопонимании и законности // Государство и право. 1994. № 3; Лисюткин А.Б. К понятию законности // Правоведение. 1993. № 5; Малеин С.С. Законность в условиях переходного периода // Теория права: новые идеи. М., 1995.

4 См., например: Гранат Н.Л. Источники права // Юрист. 1998. № 9. С. 6-12; Кузнецова О.А. Юридическая сила общепризнанных принципов и норм международного права в российской правовой системе // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2009. № 3. С. 4-10.

5 Наиболее полно проблемы иерархии источников и норм права были исследованы В.А. Толстиком. См.: ТолстикВ.А. Иерархия источников российского права: дис. ... д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2002.

6 См., например: Казаков В.Н. Правомерное поведение и правопорядок: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1999.

7 См., например: Власенко Н.А. Коллизионные нормы в советском праве. Иркутск, 1984; Звеков В.П. Международное коллизионное право. М., 1998; Ерпылева Н.Ю. Коллизионные нормы в современном международном частном праве // Законодательство и экономика. 1998. № 2; Тихомиров Ю.А. Коллизионное право: учебное и научно-практическое пособие. М., 2000; Матузов Н.И. Коллизии в праве: причины, виды и способы разрешения // Правоведение. 2000. № 5.

8 См.: Борисов В.В. О гарантиях законности // Вопросы теории государства и права: Новые идеи и подходы: межвузовский сборник научных трудов. Саратов, 2000. № 2(11). С. 36-41.

9 См.: Шебанов А.Ф. Система отраслей законодательства: основания построения // Правоведение. 1976. № 4; Поленина С.В. Система права и система законодательства в современных условиях // Правоведение. 1987. № 5; Бобылев А.И. Современное толкование системы права и системы законодательства // Государство и право. 1998. № 2; Ермоленко С.В. Система законодательства Российской Федерации: Вопросы теории и практики: дис. . канд. юрид. наук. Волгоград, 2006; Его же. Система права и система законодательства: сравнительный анализ // Вестник Саратовской государственной академии права. 2006. № 3.

10 Чистое учение о праве Ганса Кельзена: К XIII конгрессу Международной ассоциации правовой и социальной философии (Токио, 1987): сборник переводов / пер. С.В. Лёзова; отв. ред. В.Н. Кудрявцев, Н.Н. Разумович. М., 1987. Вып. 1. С. 98.

11 О законодательном дисбалансе см.: Сенякин И.Н, Фомин А.А., Никитин А.А. и др. Законодательный дисбаланс / под ред. И.Н. Сенякина. Саратов, 2013; Белоусов С.А. Законодательный дисбаланс (доктрина, теория, практика) / под ред. И.Н. Сенякина. Саратов, 2015.

12 Чистое учение о праве Ганса Кельзена: К XIII конгрессу Международной ассоциации правовой и социальной философии (Токио, 1987): сборник переводов / пер. С.В. Лёзова; отв. ред. В.Н. Кудрявцев, Н.Н. Разумович. Вып. 1. С. 143.

13 См.: Там же. С. 143.

14 Там же. С. 153.

15 Антонов М.В. Социологические мотивы учения о праве Ганса Кельзена // Юридический позитивизм и конкуренция теорий права: история и современность (к 100-летию со дня смерти Г.Ф. Шершеневича): материалы VI Международной научно-практической конференции: в 3 ч. / отв. ред. О.В. Кузьмина, Е.Л. Поцелуев. Т. 2. Иваново, 2012. С. 184-198.

16 См.: Гейден К. История германского фашизма / пер. с нем. Ф. Капелюша и А. Риша; предисл. И. Двор-кина. М.; Л., 1935. С. 364-365.

17 См.: Там же. С. 365.

18 URL: http://www.bestreferat.ru/referat-152375.html (дата обращения: 22.06.2016).

19 В материалах Нюрнбергского процесса анализируемый закон называется «Закон о восстановлении профессиональной гражданской службы» // Нюрнбергский процесс: в 8 т. Т. 2. С. 109.

20 См.: URL: http://law.edu.ru/doc/document.asp?docID=1182034&subID=100075267,100075272 (дата обращения: 22.06.2016).

21 См.: URL: http://law.edu.ru/doc/document.asp?docID=1182034&subID=100075267,100075272 (дата обращения: 22.06.2016).

22 URL: http://law.edu.ru/doc/document.asp?docID=1182034&subID=100075267,100075272#text (дата обращения: 22.06.2016).

23 URL: http://svpressa.ru/post/article/99581/ (дата обращения: 22.06.2016).

24 Подробнее о требованиях, предъявляемых к нормативным правовым актам, см.: Нормография: теория и методология нормотворчества: учебно-методическое пособие / под ред. Ю.Г. Арзамасова. М., 2007. С. 108-129; Арзамасов Ю.Г. Теория и практика ведомственного нормотворчества в России. М., 2013. С. 352-365.

25 О данных видах правового мониторинга см.: Арзамасов Ю.Г, Наконечный Я.Е. Мониторинг в правотворчестве: теория и практика. М., 2009; Их же. Концепция мониторинга нормативных правовых актов. М., 2011.