Тюрьма строгого режима для бывших сотрудников полиции. Как и чем живут на «зоне» бывшие сотрудники правоохранительных органов. Условия жизни для работников правоохранительных органов

«Красной уткой» в народе называют Нижнетагильскую исправительную колонию №13. Считается, что слово «утка» закрепилось за названием учреждения как синоним сплетни, доноса, по которым попадали туда «враги народа», ведь работать колония начала в 1957 году в системе НКВД. А «красной» зоной считают ту, где установлен полный контроль администрации, и жизнь идет по уставу, а не по понятиям.

Образцовый порядок, строгая дисциплина

Колония №13 – образцовое учреждение. Большая часть контингента – бывшие сотрудники правоохранительных органов и военные: следователи, участковые, дпсники. Здесь нет чинов – на соседних нарах могут оказаться рядовой и генерал. Все они отбывают наказание за особо тяжкие преступления: убийство, грабеж, взятки. Учреждение рассчитано на содержание около двух тысяч человек.
Здесь строгий распорядок дня: подъем, зарядка, ежедневный досмотр, работа, личное время, питание, отбой. Перекличка отличается от того, что можно увидеть в обычной колонии: проверяющий зачитывает фамилию, а осужденный не говорит «Я», а называет свое имя и отчество.
Воровские законы в «Красной утке» не работают благодаря усилиям администрации и высокому по сравнению с другими колониями интеллектуальному уровню сидельцев. Большинство из них имеет высшее образование, а некоторые и не одно.

Условия жизни

Вновь прибывших сначала на две недели помещают в карантин. Он проходит в специальном здании. Отдельно содержатся осужденные впервые и рецидивисты. За время карантина проводится медицинский осмотр, предоставляется консультация психолога. Из здания заключенные не выходят.
Дальше первоходов переводят в отряд обычного содержания. Здесь они живут в казарменных помещениях, могут пользоваться библиотекой, смотреть телевизор в комнате воспитательной работы, играть в настольные игры. Им полагаются по четыре посылки и свидания в год. Встречи с близкими могут быть краткосрочными (через стекло, по телефону) и длительными, до трех суток, когда заключенные живут в отдельном, специально предназначенном для этого корпусе вместе с родными.
За хорошее поведение и работу можно попасть в отряд с облегченными условиями содержания. Здесь нет двухэтажных кроватей, комнаты рассчитаны на 4 человека и больше похожи на номер в скромной гостинице, только на мебели -таблички с именами заключенных. К услугам сидельцев есть бильярд и оранжерея, где живут попугайчики и черепашки. Количество свиданий с родными возрастает до шести раз в год.
За плохое поведение отправляют в отряд строгого содержания, туда же попадают те, кто пытался сбежать, и вновь прибывшие рецидивисты после карантина. Для их содержания отведена специальная территория, за пределы которой им не положено выходить. Свиданий и посылок здесь меньше, чем в обычном отряде.
Все обитатели учреждения питаются в общей столовой, где готовят заключенные.

Чем занимаются заключенные

В колонии есть средняя школа, которую в обязательном порядке должны закончить те, кто не сделал этого на воле и кому еще не исполнилось 35 лет. Кто перешагнул этот рубеж, может учиться добровольно.
В действующем на территории ПТУ можно получить рабочую специальность: швейного мастера, автослесаря, токаря, крановщика, электромонтера или электросварщика. Это дает дополнительные возможности для адаптации после освобождения, ведь в органы после отсидки уже не получится вернуться.
Трудятся заключенные в основном в швейном цеху. Они шьют рабочую одежду и получают небольшую зарплату, которую могут потратить в магазинчике колонии. Есть и кузнечный цех, где делают декоративные решетки, ограды и кроватные сетки. На токарных станках производят детали для вагоноремонтного завода. Еще зэки получают гранулы из полиэтилена и измельчают резину. Те, кто не работают в цехах, занимаются благоустройством территории.

Знаменитые заключенные

В ИК №13 «мотали срок» достаточно известные личности, среди которых зять Генсека Л. Брежнева Ю. Чурбанов, заметки которого были опубликованы в итальянской газете, а потом перепечатаны в российской прессе под названием «Зять Брежнева Чурбанов – в зоне «Красных петухов»», из-за чего чуть в колонии было не случился бунт. Администрации удалось разрешить дело, пригласив корреспондента и получив извинения за некрасивый заголовок.
В числе заключенных побывали и бывший мэр г. Сочи Вячеслав Воронков, и заместитель министра Молдавской ССР Вышку, бывший глава МЧС Свердловской области Василий Лахтюк, олигарх Павел Федулев, начальник Департамента контрольного управления при президенте РФ Андрей Воронин, бывший сотрудник ФСБ, а ныне адвокат Михаил Трепашкин, экс-руководитель Свердловской регистрационной палаты Виктор Шалдин, осужденный за кражу редких книг из библиотеки Санкт-Петербурга, адвокат Дмитрий Якубовский.
В целом условия содержания в «Красной утке» весьма неплохие, в шутку ее иногда называют «санаторием МВД». Морозный таежный воздух и отсутствие соблазнов дают возможность многое переосмыслить в жизни.

Как в сцене мечты уголовника, все заключенные на территории этой тюрьмы в западной части России - примерно 2000 человек - бывшие полицейские, прокуроры, налоговые инспекторы, таможенные служащие и судьи.

Большую часть дня они бесцельно слоняются с угрюмыми лицами, одетые в тюремную одежду. Единственный намек на их прежнее место работы в полиции - стрижка «под ежик» у некоторых.

Российские пенитенциарные власти предоставили редкую возможность посетить эту специализированную колонию, чтобы желающие смогли лично удостовериться: эти заключенные не получают никаких льгот.

В некотором смысле чиновники достигли цели. По крайней мере, что касается мест размещение, то тюрьма такая же мрачная, как и большинство других. Внутренние стены - некрашенные бетонные плиты, колючая проволока разрезает тюремную территорию на зоны для тех, у кого суровый приговор, и для заключенных с небольшими сроками. И, как те мужчины и женщины, которых они отправили за решетку, бывшие офицеры полиции здесь живут в грубых кирпичных казармах, трудясь в мастерской и кушая гречневую кашу и щи.

Но экскурсия по тюрьме, исправительной колонии №13, также показала то, что власти, возможно, не предполагали продемонстрировать: большинство заключенных здесь находятся за служебные нарушения - от получения взятки до нападения на подозреваемых.

Как в случае с Андреем Шумиловым, бывшим следователем, который сказал, что его осудили за избиение подозреваемого во время допросов: «Я расследовал преступление, и сам совершил преступление».

В порядке оправдания он пробормотал, что человек пострадал лишь от «повреждения мягких тканей».

10 тюрем, отведенных для бывших сотрудников полиции и других правоохранительных органов, это наследие пост-сталинской реформы уголовно-исполнительной системы наказания, которая сократила применение некоторых ее грубой форм. Одну из проблем реформаторы определили так: в тюрьмах, где располагалось большое число мужчин в общей камере, бывшие полицейские часто становились жертвами насилия со стороны других заключенных, которые вымещали на них свои обиды на представителей власти.

Сегодня полицейские тюрьмы заняты новым делом, что служит свидетельством, как утверждают власти, борьбы с коррупцией, которая ведется по указанию президента Дмитрия Медведева. В этой колонии, например, на 78 заключенных больше, чем предназначено по проекту, а пять лет назад было больше примерно на 500 человек, сказал надзиратель Сергей Свалкин.

Во всех десяти тюрьмах системы по состоянию на 1 февраля этого года содержалось 9023 заключенных - почти на тысячу больше, чем 8046 бывших сотрудников правоохранительных органов, отбывавших, по данным Федеральной службы исполнения наказаний, сроки в 2008 году.

Однако критики системы уголовного правосудия России говорят, что переполненные тюрьмы - это скорее показатель масштаба коррупции в правоохранительных кругах и среди правительственных чиновников, чем какого-либо прогресса в его решении. Они указывают, например, что прокуратура редко решает политически неудобные громкие дела, как в случае со смертью в следственном изоляторе адвоката Сергея Магнитского после того, как он свидетельствовал о коррупции в полиции.

Даже министр внутренних дел Рашид Нургалиев признал в своем выступлении в парламенте на прошлой неделе, что проверкой установлены факты необоснованного приобретения многими высокопоставленными чиновниками полиции дорогой недвижимости. Г-н Нургалиев заявил, что более трети старших офицеров - 94 из 250, проверенных антикоррупционным комитетом этой весной, не смогли надлежащим образом ответить на вопросы Комитета. Многие, по его словам, владеют собственностью за рубежом, несмотря на маленькую зарплату на своих бывших рабочих местах.

«Мы не знали об этом до сих пор», - сказал он законодателям, сообщает газета «Известия». Отдельно член Комитета рассказал газете, что имущество варьировались от «обычных квартир до колоссальных объектов по всему миру».

Независимо от конкретных историй заключенных, исправительная колония №13 дает представление о том, во что превратилась в растревоженной России система уголовного правосудия.

Бывшие офицеры, как о само собой разумеющемся, говорили о том, что они считают основной причиной своей коррумпированности или негуманности: это небольшие зарплаты, которые вызывали разочарование и сделали побочные заработки желанным дополнением.

Некоторые, похоже, до сих пор недоумевают по поводу наказания за свои действия, которые, как они считают, были широко приняты в практике российской полиции.

Г-н Шумилов, бывший следователь полиции, отбывает семилетний срок за то, что он описал как несколько синяков при выбивании показаний у автоугонщика.

46-летний Алексей Бушуев, пухлый инспектор ГИБДД, сказал, что он брал взятки для покрытия расходов на содержание своей патрульной «Лады», и не рубля больше.

Дмитрий Русанов, бывший капитан самарского управления полиции, сказал, что он получил 10 тысяч рублей (330 долларов) в качестве взятки от ветеринара в 2006 году в обмен на нерегистрацию этого человека в полицейской базе данных на наркоманов. Его месячная зарплата в то время составляла 8000 рублей (около 295 долларов).

«Люди не боятся потерять работу, за которую платят так мало», - объяснил он, пожимая плечами.

Георгий Азбаров, который до обвинения в попытке организации заказного убийства в 2003 году был капитаном Федеральной службы безопасности, говорит, что связь между низкой заработной платой и жестокостью на работе должна быть очевидной.

«Они называют молодого человека офицером, но платят ему так мало, что он не может содержать семью, - сказал Азбаров. - Он не может думать ни о чем, кроме как о продуктах. В то же время, у него есть сила и власть. Вот в чем заключается проблема».

Азбаров изложил отдельную теорию о коррупции более высокого уровня. Прокуроры, по его словам, не все расследуют. Вместо этого, власти Москвы дают карт-бланш провинциальным чиновникам, чтобы те зарабатывали деньги на стороне, а расправляются только с теми, кто не устраивает Кремль политически. В этом смысле, он пояснил, слегка поведя плечами, что считает многих из своих друзей и других заключенных в исправительной колонии №13 справедливо осужденными за коррупцию и одновременно политическими заключенными.

(Между прочим, Азбаров сказал, что он ложно осужден. Он говорит, что коррумпированный начальник региональной полиции подставил его.)

Российская федеральная служба исполнения наказаний позволила журналистам побродить по исправительной колонии №13 в течение нескольких часов и поговорить с заключенными по своему выбору, но только в сопровождении охранников, представителя тюремной пресс-службы и надзирателя. Они постарались продемонстрировать, что бывшие сотрудники правоохранительных органов, судьи и прокуроры ничем не отличаются от других осужденных в России, опровергая сообщения местных СМИ о том, что охранники позволяют бывшим офицерам разговаривать по мобильным телефонам за небольшую неофициальную плату.

В тюрьме особое внимание уделяется профессиональной подготовке, поскольку бывшие должностные лица не могут вернуться к своей прежней профессии. Она содержит литейных цех и художественную мастерскую, макаронную фабрику и ферму с коровами и курами.

Распределение заключенных здесь показывает, что подавляющее большинство - 1590 - были полицейскими. Но там также содержатся 22 судебных пристава, 15 сотрудников Федеральной службы безопасности, несколько десятков прокуроров, налоговых инспекторов из различных учреждений и двое судей.

Оценки масштабов коррупции, все еще процветающей за этими стенами, варьируются. Одна прозвучала в докладе Министерства внутренних дел, опубликованном в 2010 году: российские чиновники получили 33 миллиарда долларов в виде взяток в предыдущем году. Министерство оценивает размер средней взятки в 23 тысячи рублей или 851 доллар по текущему курсу.

Новый закон о полиции, принятый в феврале, который предложил г-н Медведев, предполагает снизить уровень коррупции отчасти за счет повышения заработной платы. По нему урезается размер миллионного состава полиции на 20% с помощью программы переаттестации. Те, кто остаются, будут зарабатывать не менее 33 тысяч рублей или 1222 долларов в месяц.

Парламент России отклонил другие существенные меры. Предложения включали запрет на проникновение в дома без ордера или избиение женщин резиновыми дубинками на уличных акциях протеста. Российские законодатели обсудили второй пункт, но в итоге отклонили его как дискриминационный по отношению к мужчинам.

Другие изменения в закон носят косметический характер, включая переименование сил «милиции» советской эпохи в «полицию». Бывшие офицеры в колонии № 13 на этот счет сомневаются, что изменение названия что-то изменит.

«Прежде мы были милицией, а теперь мы полиция, - издевается Руслан Асланов, бывший офицер из уральского города Челябинска, который сказал, что попал в тюрьму из-за разрыва селезенки у подозреваемого во время ареста. - Ничего не изменилось на самом деле».

Условия содержания в зависимости от режима пребывания на зоне

Для бывших сотрудников правоохранительных органов предусмотрены такие же варианты тюремных режимов, как и для других осужденных: , колонии общего режима, .

Поселения

В них содержатся осужденные за преступления, совершенные по неосторожности, преступления легкой и средней тяжести, совершенные умышленно, а также осужденные, переведенные из исправительных учреждений других режимов в качестве смягчения наказания, на основании пунктов «в» и «г» второй части, статьи 78 Уголовно-Исполнительного кодекса Российской Федерации .

Общего режима

В них попадают впервые осуждённые бывшие сотрудники, которых приговаривают к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, а также преступлений средней тяжести, если не представляется возможным направить их в колонию-поселение. Заключенные находятся под постоянной охраной сотрудников тюрьмы.

В исправительных колониях установлено три вида условий отбывания наказания :

• обычные;
• облегчённые;
• строгие.

Попав в тюрьму, заключенный отбывает наказание по обычным условиям , которые предусматривают жизнь по бытовому распорядку дня, совершение работ и проживание в специальных жилых зонах. За нарушения распорядка заключенный переводится в условия строгие, при которых накладывается ряд ограничений на возможность работать, зарабатывать, вести переписку и т.д.

Строгого

В таких колониях осужденные живут в камерах, у них ограниченные возможности для свидания, переписки и пр . За самые малейшие нарушения распорядка для осужденных предусмотрены – , .

Особого

Колоний для бывших сотрудников правоохранительных органов с таким режимом не существует.

Приезд и карантинизация

По приезду к территории колонии, заключенные проходят через КПП, где проводится поверка по именам специальным конвоем во главе с начальником по воспитательной работе. Затем заключенных помещают в карантин на две недели. Карантинизация проводится в отдельном здании, состоящем из блока камер, пищеблока, медико-санитарной части, бани.

Осужденные впервые и рецидивисты содержатся отдельно друг от друга . За период карантина заключенные проходят медицинский осмотр, сдают анализы крови на наличие ВИЧ, сифилиса, туберкулеза, им предоставляются услуги психолога, заводится личное дело на каждого осужденного и отправляется в канцелярию.

На время карантинизации преступник содержится в камере с другими заключенными, среди которых могут оказаться т.н. «курицы» или «утки» – осведомители, которых часто подсаживают к «первоходам» с целью выведать необходимую информацию о деле, по которому осужденный попал сюда, об особенностях его характера, о личностных чертах.

Покидать здание в период карантинизации категорически запрещено. Заключенным перед выходом из карантина присваивают личный номер. Смысл карантина в «акклиматизации» – новому заключенному нужно привыкнуть к общему устрою жизни на зоне.

Более детально об исправительных колониях особого режима читайте .

Чего придерживаются БСМВД?

Следование воровским понятиям и законам у бывших сотрудников правоохранительных органов не в чести, однако некоторые правила их взаимоотношений имеют ряд схожих черт с тюремными.

В помещениях, где проживают заключенные нет авторитетов или смотрящих, однако бывают случаи, когда роль старшего по «хате» или бараку может исполнять заключенный, находящийся в нем дольше других и способный контролировать порядок, разрешать споры и т.д.

«Смотрящий» в бараке отвечает за создание графика уборки помещений, решает в какой очередности заключенные будут принимать пищу и т.д. Его авторитет формируется из моральных и волевых качеств, вне зависимости от прежних званий или статьи, по которой он отбывает наказание. К мнению «смотрящего» прислушиваются, однако оно не является беспрекословным .

Распределение на касты, как это принято на обычных зонах, в колониях для БСМВД не предусмотрено, однако и здесь имеется категория заключенных, отношение к которым менее уважительное, чем к другим. Здесь таких людей называют «отделенными».

Бывшие сотрудники стараются придерживаться общечеловеческих норм поведения, поэтому отделяют от коллектива только за определенные проступки - к примеру, за кражи - могут отправить мыть туалет, после чего осужденный становится «отделенным». Попадают в категорию «отделенных» также интриганы и доносчики .

Процесс посвящения в «отделенные» - это обливание мочой. Чтобы избежать такой участи, заключенным следует уважать свободу других заключенных, отвечать за каждое сказанное слово, не интересоваться сроками и причинами заключения у других, общаться с другими «отделенными», а также не пользоваться предметами, которые упали на пол в туалете.

В отличие от «обычных» зон, на спецзонах терпимо относятся к лицам, осужденным по и 131 УК РФ за педофилию и изнасилование, а также не применяют в качестве унижения процесс «опущения» или физический вред.

Условия жизни для работников правоохранительных органов

После карантинизации и присвоения личного номера осужденных включают в отряд обычного содержания. Отряды живут в специально оборудованных бараках, выстроенных на территории колонии в виде жилого квартала.

На территории находятся отдельное здание библиотеки, клуб, храм, а также внутренние дворики для прогулок заключенных. Бараки для отрядов обычного содержания состоят из больших помещений, где располагаются двухэтажные кровати на 100-120 человек.

Возле каждой кровати стоят тумбы для хранения письменных и бритвенных принадлежностей. В каждом бараке имеется комната воспитательной работы , где разрешается смотреть телевизор и играть в настольные игры, и столовая, в которой заключенные питаются согласно распорядку.

За хорошее поведение, добросовестную работу и при отсутствии нареканий со стороны начальства, заключенного могут перевести в отряд с облегченными условиями содержания. В таких отрядах заключенные живут в специальных корпусах, где находятся комнаты, рассчитанные на 4 человека. В таких корпусах часто создают места отдыха с бильярдом или оранжереями.

За систематические нарушения внутреннего распорядка осужденных отправляют в отряд строгого содержания, куда также помещают заключенных, уличенных в попытке побега и рецидивистов. Такие отряды содержатся в бараках, расположенных на специально отведенных территориях, за пределы которых выход не положен.

Кто такие «козлы» и в чем отличие их роли в тюрьмах БСМВД?

Контроль за распорядком и внутренним укладом на зонах БСМВД целиком и полностью осуществляется при помощи лояльно настроенных к администрации заключенных.

Здесь их принято называть «активистами» или «помощниками администрации», однако в обычных зонах они носят название «козлы».

• дневальными — в их обязанности входит контроль за порядком и дисциплиной, осуществление провода осужденных по лагерю;
• завхозами отрядов — которые обеспечивают нормальное функционирование групп зеков из разных отрядов, проживающих в одном бараке.

Как относятся к телефонам?

В условиях «красных» зон существует специальный график переговоров, по которому каждому отряду выделяются по несколько часов в определенные дни для совершения телефонных звонков. Совершить звонок по телефону-автомату можно либо с помощью телефонных карт, которые продаются в городе и могут быть переданы родственниками, либо с помощью специальных лент, продажа которых осуществляется в магазине исправительной колонии.

Практика использования мобильных телефонов в ИК для бывших сотрудников становится всё более широкой: для их использования выделяется определенное время, хранение осуществляется в комнатах охраны.

Распорядок для в ИК

Распорядок дня в разных колониях может несколько варьировать в зависимости от вида и объема работы, на которые отправляют заключенных. Например, работа в швейных цехах занимает больше времени, чем на заводах .

Общий распорядок дня представлен таким образом:

Питание

Осужденные питаются три раза в день согласно распорядку . Приём пищи осуществляется в охраняемых столовых, расположенных в здании каждого барака, всеми осужденными вне независимости от прежних званий или уголовной статьи. За приготовление пищи отвечают тюремные повара, дежурные по лагерю перед подачей снимают пробу.

• На завтрак предусмотрены различные каши, яйцо и запеканки. Из напитков подаются кофе или крепкий чай.
• Обед состоит из трех блюд: различных супов, говядины или свинины с гарниром и салата.
• Ужин включает в себя: рыбу с гарниром или пельмени, фрукты и напиток.

Кроме того, на территории исправительной колонии работает магазин, в котором продаются продукты питания и первой необходимости , однако стоимость их обычно выше розничной в два-три раза. Осуществлять покупки можно на средства, заработанные в процессе труда, или полученные от родственников посредством перевода на личный счёт, который имеется у каждого заключенного.

В среде заключенных имеют место быть так называемые «семейки», маленькие группы по 2-3 человека, объединяющиеся для организации питания вне стен столовой. Целесообразность такого рода объединения объясняется тем, что в случае истощения запасов продуктов, присланных родственниками, член «семейки» может попросить продовольствия у других «членов семьи» совершенно бесплатно.

Подробнее о еде в тюрьмах читайте .

Работа

В распорядке дня работа занимает 7 часов . На территории исправительного учреждения заключенные могут трудиться дневальными, санитарами медицинской части, помощниками поваров и т.д – это наиболее привилегированные должности, на которые ставят «активистов»/ «помощников администрации». Другие же работают в швейных цехах, столярных мастерских или на подсобном хозяйстве.

Оценка труда осуществляется согласно производственному плану, по выполнению которого рассчитывается жалование каждого заключенного. В случае невыполнения плана зарплату урезают; если же план перевыполняется, администрация может поощрить заключенного дополнительным жалованием или переводом на другую должность.

Размер заработной платы определяется по расценкам организации . 50% зарплаты поступает на счёт исправительного учреждения, другая половина – на лицевой счёт осуждённого.

Отдых

Ежедневно, в распорядке дня для осужденных выделяется свободное время, в ходе которого они могут посещать библиотеку, комнату воспитательной работы с целью посмотреть телевизор или поиграть в настольные игры. На территории исправительной колонии для бывших сотрудников часто располагают клубы, в которых заключенные могут обучаться игре на музыкальных инструментах и рисованию.

В конце недели клубы могут организовывать концерты и просмотры кинофильмов в специальных залах. Дополнительные развлекательные программы вводятся по усмотрению начальства и в период праздников. Время сна составляет восемь часов.

Свидания и передачи

Виды свиданий, а также их продолжительность и количество, которое полагается заключенному в течение года, регламентируется статьей 89 Уголовно-Исполнительного кодекса Российской Федерации .

Порядок предоставления свиданий определяется правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации №205 от 3 ноября 2005 года .

Предоставляется два вида свиданий :

• , продолжительностью 4 часа. Проводятся в оборудованной разделительным стеклом комнате.
• , продолжительностью до 3 суток в специально оборудованном помещении, расположенном на территории колонии. Либо до 5 суток с проживанием за пределами исправительного учреждения. В этом случае администрации колонии определяет порядок и место проведения свидания (обычно, это городская гостиница, которую оплачивает сам заключенный или его семья).

Число краткосрочных и длительных свиданий зависит от режима исправительной колонии и условий, в которых заключенный отбывает наказание.

1. Если осужденный отбывает наказание в колонии БСМВД общего режима и находится:
   • в обычных условиях, то ему положено 6 краткосрочных и 4 длительных свидания в течение календарного года;
   • в облегченных условиях – 6 краткосрочных и 6 длительных свиданий;
   • в строгих условиях – 2 краткосрочных и 2 длительных свидания.
2. Если в колонии строгий режим, и заключенный находится:
   • в обычных условиях, то ему положено 3 краткосрочных и 3 длительных свидания;
   • в облегченных условиях – 4 краткосрочных и 4 длительных свидания;
   • в строгих условиях – 2 краткосрочных и 1 длительное свидание (подробнее о свиданиях в колониях строгого режима читайте ).
3. В случае отбывания наказания заключенным в колонии-поселении количество свиданий не ограничивается, а в ряде случаев допускается совместное проживание заключенного с семьей на территории поселения.

Подробнее о правилах проведения краткосрочного свидания в тюрьме с осужденным читайте тут.

Право на УДО

Понятие «условно-досрочного освобождения», а также возможности его получения описаны положениями части 3 статьи 79 Уголовного Кодекса Российской Федерации . Подача ходатайства об УДО заключенным возможна не ранее отбытия 6 месяцев срока наказания ; при этом следует знать, что сроки подачи зависят от тяжести совершенного преступления – УДО может быть применено после фактического отбывания срока:

Чтобы оказаться представленным к УДО, заключенный, состоящий в отряде с облегченными условиями содержания, должен проявить себя на поставленной должности, перевыполнять производственный план, а также не иметь нареканий со стороны администрации тюрьмы.

Как БСМВД попасть на обычную зону?

Провинившийся сотрудник правоохранительных органов может попасть в обычную зону в нескольких случаях :

• Если бывший сотрудник правоохранительных органов совершает особо опасное преступление и приговорен к пожизненному заключению. В таком случае ему полагается особый тюремный режим заключения, который не предусмотрен в колониях БСМВД.
• Имеет место быть практика увольнения преступивших закон сотрудников «задним числом». Номинально преступник на момент совершения преступления не «состоял в рядах правоохранительных органов», поэтому отбывать наказание его отправляют на обычную зону.
• Бывший сотрудник может не писать ходатайство об отбытии срока на спецзоне. В таком случае его отправят на обычную.

Несмотря на более доброжелательное отношение к заключенным и отсутствие ужасов блатного быта, «спецзоны» сохраняют негативную атмосферу статуса исправительных учреждений, в которых ограничиваются права и свободы человека.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .

Трудовые зэковские будни.
Фото автора

Название поселка Леплей, что в Мордовии, обычному человеку, пожалуй, мало о чем говорит. Маленький населенный пункт, который едва можно отыскать на географической карте с первого раза, – типичный «медвежий угол», каких десятки тысяч по всей нашей необъятной матушке-России. Хотя это местечко по-своему примечательно и достаточно известно сотрудникам правоохранительных органов, пенитенциарной системы. Именно здесь, почти в 200 км от столицы республики Саранска, среди дремучих лесов и непроходимых болот, затерялась единственная местная достопримечательность – исправительная колония № 5 (ИК-5). «Пятерка», как ее прозвали в народе.

Сейчас трудно сказать, когда и где впервые появились колонии для бывших сотрудников правоохранительных органов и отдельных категорий военнослужащих. В современной России их несколько, причем «пятерка» считается одной из самых крупных ИК в ряду себе подобных. В 2001 году она стала специализированной – поменялся контингент. Изменился и ее «статус» – колония общего режима превратилась в ИК режима строгого. Ее обитатели – бывшие сотрудники прокуратуры, органов внутренних дел, уголовно-исправительной системы, судьи. Есть среди этой разношерстной, разноликой публики и когорта лиц, некогда проходивших службу в Вооруженных силах...

ЗА «КОЛЮЧКОЙ»

Для сведения читателей. Леплей – слово мокшанского происхождения, которое означает «ольховый овраг». Начало поселку положили рабочие – строители железнодорожной ветки, прокладывавшие в конце 1920-х годов дорогу в глубину потьминских лесов.

Сам населенный пункт возник в 1938 году в связи с поступлением сюда осужденных, занятых на лесоповале. Тогда же появилась жилая зона. Охрана и вольнонаемные рабочие размещались в основном в землянках и примитивных бараках. До Великой Отечественной войны в Леплее изготавливали кирпич, который славился на весь Зубово-Полянский район.

В настоящее время в поселке проживают почти 2000 человек. Смотрится он вполне по-современному. Есть здесь детский сад и дом культуры, средняя школа и пекарня, торговый центр и спортивный комплекс, больница и музыкальная школа. В центре Леплея разбит парк отдыха с фонтаном, где установлен обелиск павшим воинам, и летней танцевальной площадкой.

Что же касается «пятерки», то на первый взгляд эта исправительная колония внешне мало чем отличается от других исправительных учреждений. Попасть внутрь, как сразу же выясняется, проблема серьезная – на пути встает предзонник. Разумеется, его миновать не так-то просто: строгая сотрудница отберет паспорт и даже мобильник, а взамен выдаст бирки.

Уже на зоне понимаешь: попал в другой мир, вся территория которого огорожена высоким деревянным забором, увенчанным мотками колючей проволоки, плюс автоматчики на вышках по периметру, современная система сигнализации. То тут, то там слышна злобная перебранка сторожевых собак. От увиденного становится как-то не по себе. Впрочем, приятно изумляет другое: многие осужденные приветливы, здороваются не только с сотрудниками колонии, но и с незнакомцами.

– Не обольщайтесь их вежливостью, – говорит, заметив мое удивление, заместитель начальника ИК-5 по воспитательной работе капитан внутренней службы Вячеслав Устименко. – Не следует забывать, что большинство этих людей совершили тяжкие и особо тяжкие преступления. В их «послужном» списке убийства, грабежи, разбойные нападения, изнасилования, тяжкие телесные повреждения, преступления, связанные с наркотиками, вымогательства. Есть и такие, кто осужден за превышение должностных полномочий, взятки.

Жилая зона, где коротают свой многолетний срок осужденные, чем-то напоминает воинскую часть. Она располагает всем необходимым для нормальной жизнедеятельности, включая библиотеку.

Прежде чем попасть в жилые помещения, новичков отправляют в местную санчасть. Здесь они проходят своего рода тест-контроль. С какими только недугами сюда не попадают! Педикулез и почечные заболевания, туберкулез и нелады с сердцем┘ Этот список можно продолжать практически до бесконечности. Но с ними успешно борются. «Проблем с медикаментами нет», заверили меня местные эскулапы. Если человек выздоровел, его, понятно, выписывают, больные остаются в санчасти. Если же нужна помощь специалистов узкого профиля, дообследование проходит в центральной больнице, что в соседней колонии. Кстати, сюда поступают и инвалиды. За ними особый уход. А некоторые «сидельцы» получают инвалидность непосредственно на зоне.

После бани новоиспеченные зэки переодеваются в спецовку черного или темно-синего цвета и на две недели отправляются в карантин. Там они изучают правила внутреннего распорядка, Уголовно-исполнительный кодекс, другие нормативные документы. Лишь после «курса молодого бойца» прибывшие в ИК-5 распределяются по отрядам. Каждый из них насчитывает от 50 до 100 осужденных (и в каждом – начальник-офицер). Иногда бывает и больше – в зависимости от площади помещения. Вся жилая зона, отметим, разделена на локальные участки, отгороженные друг от друга железным решетчатым забором, чтобы, как пояснили сотрудники колонии, заключенные не могли свободно передвигаться из одного участка в другой.

Обед – по расписанию. Фото автора

Жилое помещение во многом напоминает казарму со своими дневальными, комнатами для приема пищи и хранения личных вещей, комнатой воспитательной работы. В жилых секциях – кровати, телевизор. Да и распорядок дня под стать армейскому: подъем – в 6 утра, физзарядка, заправка коек, завтрак, развод на работу, рабочее время, обед, вечерняя поверка, ужин, час воспитательной работы, на личное время – еще час, в 10 вечера – отбой.

Шагаем дальше. Перед нами – начальная школа, которая, как выясняется, давно на замке. «Наши подопечные – народ грамотный, образованный, – поясняет Вячеслав Устименко, – в азах правописания не нуждающийся. В массе своей имеют общее и специальное образование, а немалая часть – высшее. Так что школу пришлось закрыть за ненадобностью».

Позаботилось руководство колонии и о физической подготовке заключенных. На территории каждого локального участка – мини-спортплощадки, оборудованные силовыми тренажерами. Имеется также площадка побольше, которая одновременно является и плацем. Она служит ареной для проведения товарищеских встреч между отрядами осужденных по волейболу, футболу, другим командным видам спорта. Есть и достижения. Время от времени проводятся спартакиады. К слову сказать, осужденные «пятерки» на одной из таких спартакиад заняли первое место в общекомандном зачете среди заключенных близлежащих колоний. Здесь же проходят и всевозможные построения.

КТО-ТО МОЖЕТ ПОЗАВИДОВАТЬ...

Еще пару шагов – и мы в столовой. О тюремной баланде ходит много небылиц: мол, настоящая отрава для скота. Не верьте – байки все это, перекочевавшие в наше сознание из отечественного кинематографа. Автор и сам, признаться, так думал поначалу. После обеда вместе с зэками мои опасения вмиг развеялись. Деликатесов в колонии, понятно, не подают, но пища вполне калорийная и весьма вкусная. Судите сами: мясо, рыба, молоко присутствуют в рационе заключенных ежедневно.

На завтрак в «пятерке», к примеру, полагаются пшенная или перловая каша на молоке, чай, сахар, сваренное вкрутую яйцо. Обед, состоящий из борща на мясном бульоне или картофельного супа, жареной или отварной рыбы, пюре и киселя, вселяет в желудки осужденных уверенность на весь оставшийся день. Завершает гастрономический день зэков ужин, включающий тушеный картофель или овощное рагу с мясом, суп с макаронами. Само собой, каждый день рацион обновляется, внося своего рода пищевой колорит в жизнь отбывающего наказание человека. Кстати, находящимся на стационарном лечении выдается дополнительное питание. Да о такой «хавке» многие люди на воле могут только мечтать...

Сотрудники колонии хорошо понимают, в каких непростых условиях приходится жить заключенным в течение длительного времени, и поэтому пытаются как-то скрасить монотонные будни своих подопечных, чтобы, отбыв положенный срок в исправительной колонии, осужденный мог почувствовать себя полноценным гражданином на свободе. Например, в комнате психологической разгрузки проводятся беседы с психологом.

Не забыты и религиозные чувства верующих. Руководство зоны заключило договор с православным и мусульманским духовенством о сотрудничестве. Два раза в месяц в молельной комнате проходят богослужения.

В отпуск осужденных ИК-5, разумеется, не отпускают. Но с родными и близкими можно встретиться в комнате для длительных свиданий – на трое суток. Но и тут действуют ограничения. Приносить деньги, сотовые телефоны, колющие и режущие предметы, спиртное, естественно, строго-настрого запрещено.

Конца недели в «пятерке» с нетерпением ждут все без исключения. Тогда можно отдохнуть, принять участие в спортивных мероприятиях. И не только. Благодаря кипучей деятельности зама по воспитательной работе капитана Устименко и его подчиненных культурно-массовая работа бьет ключом. Проводятся смотры художественной самодеятельности, конкурсы сувенирных изделий, зимой – конкурс на лучшую снежную фигуру, в праздничные дни – просмотр художественных фильмов. Есть свой вокально-инструментальный ансамбль. Нередкими гостями стали творческие коллективы из других колоний, населенных пунктов республики. Например, побывали с гастролями в ИК-5 артисты филармонии из Саранска, из культурного центра поселка Явас.

Раз в неделю – банный день. Для «сидельцев» повсюду он – настоящая отрада. Причем, как бы странно ни звучало, именно здесь, в бане, заметно то, пожалуй, единственное, что объединяет всю разношерстную зэковскую братию, – обилие татуировок. Каких только рисунков не встретишь! Тематика самая разнообразная: от безобидных цветочков до обнаженных женщин подчас в самых пикантных местах. Словом, настоящая «Третьяковка» на теле! «К нам они поступают уже с татуировками, которыми обзавелись на гражданке, в СИЗО», – поясняет увиденное Вячеслав Устименко. Если заметят подобное «произведение искусства», сотворенное непосредственно на зоне, накажут. Причем так, что мало не покажется.

Драк не бывает, но ссоры, словесные стычки – явление не редкое: сказывается высокий интеллектуальный и образовательный уровень, объяснили сотрудники колонии. За незначительные проступки – выговор. Впрочем, встречаются оригиналы, которым, что называется, море по колено. За систематическое нарушение режима, ссоры можно угодить на полмесяца в штрафной изолятор. Здешнее ШИЗО – местечко, скажу, мрачное, в чем-то даже зловещее. Здесь не проводятся культурно-массовые мероприятия, не разрешается иметь каких-либо вещей, кроме предметов личной гигиены.

Некоторым и этого маловато. Таких перевоспитывают в помещениях камерного типа. ПКТ – это то же самое, что и ШИЗО, только срок заточения может затянуться до полугода.

Но и это еще не предел. Встречаются «добры молодцы», которые только и делают, что ищут приключения на свою голову. И находят. В помещении со строгими условиями содержания. В ПСУСе «парятся» на нарах те, кто систематически нарушает лагерный режим. Они изолированы в отдельном помещении, которое закрыто на замок все время суток, за исключением прогулок и культурно-массовых мероприятий. В комнате воспитательной работы с ними проводят беседы, тематические вечера. Здесь можно «застрять» аж на 9 месяцев.

БЫВШИЕ

Как уже говорилось, встречаются среди обитателей «пятерки» и люди, некогда проходившие службу в Вооруженных силах российского государства. Как сильно они отличаются друг от друга! Какие разные судьбы! Но свело их, пожалуй, одно – уголовщина.

Бывший старший лейтенант Внутренних войск Олег Романов в ИК-5 находится два года. В прошлом был командиром роты по охране колонии на Урале, потом – в милицейском батальоне в Белгороде. Преступление совершил уже в столице России, где служил при штабе Московского округа Внутренних войск. За умышленное причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть по неосторожности, суд приговорил его к шести годам лишения свободы. Убежден, что вердикт – чрезмерно суровый.

Уже девять лет отбывает наказание Сергей Каштанов. После окончания школы он поступил в высшее военное командное училище. По семейным обстоятельствам отчислился. Срочную служил рядовым во Внутренних войсках. Уволившись в запас, пришел в милицию. В 1997-м в бытовой ссоре убил товарища.

– Подавляющее большинство наших заключенных, – рассказывает Вячеслав Устименко, – свою вину не признают. Считают себя без вины виноватыми. Рассказывают всякие небылицы. Правда, когда читаешь их личные дела, волосы дыбом встают от содеянного.

В правдивости слов капитан Устименко невольно убеждаешься при дальнейшем знакомстве с его подопечными.

Мамой клянется в своей невиновности и Шамиль Гасымов. Служил бывший старший сержант командиром отделения Аргунского погранотряда в Чечне. Может быть, и дослужился до долгожданного дембеля, но в один прекрасный момент, почувствовав себя на пике солдатской иерархии, решил повоспитывать сослуживца. Избил парня до смерти. Приговор суда – 9 лет «строгача».

Антона Масленникова, некогда старшину учебной группы отряда спецназначения «Русь», смело можно назвать новичком «пятерки». Первоначально он коротал срок в знаменитом Владимирском «централе», потом оказался в Леплее. Он повествует о том, что знакомый задолжал кругленькую сумму и, не желая отдавать долг, подставил Антона на наркоте. Суд посчитал такое объяснение неубедительным и дал экс-спецназовцу 6 лет заключения.

После окончания Новосибирского училища Внутренних войск Ивана Фриму распределили в Красноярский край, где молодой лейтенант командовал взводом роты розыска и конвоя оперативного полка. Из войск уволился в 1999 году капитаном. Работал следователем прокуратуры Петрозаводска. Спустя два года, согласно материалам дела, ограбил автосервис, убил охранника. Правда, в нашей беседе он клялся и божился, что его попросту подставили, а следствие проводилось с нарушением процессуальных норм, да и все экспертизы подтверждают его невиновность. Однако суд, так и не вняв доводам обвиняемого, «закрыл» Ивана аж на 17 лет. Но точку в этом деле ставить рано, убежден бывший капитан. Он вновь и вновь собирается отправлять кассационные жалобы.

Подавал апелляцию и Олег Смирнов. Службу в Вооруженных силах он закончил капитаном, в должности командира мотострелковой роты. В родном Тамбове дослужился до майора милиции, был оперуполномоченным уголовного розыска. Но что-то надломилось в душе сыщика, произошла переоценка ценностей, и он решил попробовать себя в криминальном бизнесе. Вместе с подельниками организовал преступную группировку, которая занялась хищениями нефтепродуктов, «крышеванием» криминалитета. Но со временем все тайное стало явным. Итог – 7 лет колонии строгого режима. Олег считает, что суд не учел смягчающих обстоятельств: службу в горячих точках, орден Мужества.

Какие только «экземпляры» не попадали в «пятерку»! Сотрудники колонии давно отвыкли чему-либо удивляться. Вот случай, произошедший лет пять назад. Три пограничника-срочника решили отметить дембель сослуживца. Ну и, как водится в таких случаях, напились, открыли беспорядочную стрельбу. Шальная пуля попала солдату в живот, отчего тот вскоре скончался. Чтобы замести следы преступления, бросили гранату в блиндаж и, прихватив оружие, направились в сторону Чечни. Наутро протрезвели и сдались окружившему их армейскому спецназу. Сейчас «мотают» срок в ИК-5.

Впрочем, попадаются и такие зэки (их, надо отметить, незначительное меньшинство), кто свою вину признает полностью. Как, например, бывший контрактник Валерий Куликов, служивший разведчиком-радиотелефонистом в Чечне. Только вот условия службы сказались на неокрепшей психике молодого паренька – убил в драке сослуживца. Итог – 5 лет вычеркнуты из жизни. А ведь его молодые силы так пригодились бы родителям, сестренке и племяннице, оставшимся на гражданке.

Виктор Мозин, бывший подполковник и оперативный дежурный штаба Московского округа Внутренних войск, тоже не избежал участи «сидельца» в мордовской глуши. В его послужном списке служба на Дальнем Востоке и Украине. Словом, типичная судьба для многих военных. Вот только нервишки подкачали – в результате драки с соседом последний скончался. Смотришь в это открытое, добродушное лицо простого русского мужика средних лет и невольно приходишь к мысли, что у экс-офицера жизнь могла бы сложиться иначе. Побеседовав с ним, скажу откровенно, искренне пожалел человека – не место ему здесь.

– Этот контингент, – подытоживает Вячеслав Устименко, – заметно отличается от своих «коллег» из обычных колоний повышенной организованностью, высоким уровнем интеллекта, знанием законов.

ПЕРЕВОСПИТАНИЕ ПРОИЗВОДСТВОМ

Хочешь не хочешь, а трудиться в колонии придется. Лишь пенсионеры и инвалиды не должны вкалывать, остальным – прямая дорога в промзону. После завтрака, как уже говорилось, – развод на работу, продолжительность которой, как и везде, – 8 часов в день. Отказников практически не бывает – каждый занят своим делом. Девиз «Не можешь – научим, не хочешь – заставим» в ИК приобретает особое звучание. В зависимости от профессиональной подготовки и положения дел с кадрами осужденные направляют на то или иное производство. Причем те, кто вообще ничего не умеет делать, учится в ПТУ при колонии, где приобретает навыки по тем или иным специальностям.

Швейный цех – самый большой в промзоне «пятерки». Его продукция – спецодежда, халаты для рабочих, рукавицы, противоэнцефалитные костюмы – пользуется огромной популярностью у заказчиков.

Цех деревообработки занимается раскроем пиломатериалов. Изготавливают здесь и кухонные гарнитуры, офисную мебель.

Электроцех обслуживает энергетические потребности колонии. Сувенирный выпускает шашки, нарды, гербы, пасхальные яйца, кухонные наборы и другие изделия. Все это реализуется в поселковом магазине, пользуясь спросом у местного населения.

Следует подчеркнуть, что работают заключенные отнюдь не на безвозмездной основе. За свой труд они получают зарплату. Правда, заработки низкие – не больше тысячи рублей в месяц. Здесь это объясняют тем, что осужденные не выполняют нормы выработки. Сказывается и низкий уровень профподготовки зэков. Нет стабильности в обеспечении материалами и сырьем деревообрабатывающих цехов.

И тем не менее народ дорожит работой, держится за нее. И не удивительно, что в каждом отряде, каждом цехе есть передовики производства. Ежеквартально несколько сот человек поощряются за добросовестное отношение к труду и примерное поведение: объявляется благодарность, разрешается получить дополнительную посылку, свидание с родными и близкими, могут снять ранее наложенное взыскание, выплачивается материальное вознаграждение (весьма скромное, понятно).

После работы у ворот жилой зоны осужденных обыскивают. Такие строгости отнюдь не случайны. Здесь припомнили случай, произошедший лет семь назад. Водитель лесовоза отлучился на минутку, оставив в промзоне автомашину без присмотра. А заключенный, кстати бывший военный, воспользовался оплошностью шофера и, забравшись в кабину водителя, решил удрать. Но счастье в тот день отвернулось от бывшего служивого – лесовоз завяз в грязи и заглох. Несостоявшегося беглеца схватили. Суд накинул еще пару лет к его основному сроку.

Отнюдь не все заключенные отсиживают в колонии назначенные судьями годы (то, что называется «от звонка до звонка»). Некоторым удается покинуть эти мрачные пенаты досрочно. Совершившие тяжкие преступления – после половины срока отсидки; особо тяжкие – две трети срока. Правда, для этого необходимо пройти многосложную и подчас мучительную процедуру всевозможных согласований.

– Когда наступает право на условно-досрочное освобождение, – говорит мой «гид» Вячеслав Устименко, – осужденный через администрацию колонии подает ходатайство в адрес суда по месту нахождения колонии.

В 10-дневный срок администрация оформляет все необходимые материалы: готовит справку о поощрениях и взысканиях, характеристику на осужденного за весь отбытый срок. Совет воспитателей отряда выносит решение поддержать ходатайство заключенного или воздержаться. Затем все материалы об условно-досрочном освобождении, копии судебных решений, характеристика отсылаются в суд, который и принимает окончательное решение.

Но освободившаяся «ниша», увы, никогда не пустует. Причем в сторону увеличения. Обозначилась и соответствующая тенденция: с каждым годом в исправительную колонию № 5 поступает больше заключенных по сравнению с предыдущими годами.

Как бы там ни было, «пятерка» справляется со своими исправительными обязанностями: подавляющее большинство осужденных возвращаются на свободу другими людьми, органически вписываясь в условия нормальной жизни общества. Да и родственники зэков ИК-5 говорят спасибо начальству колонии за заботу о подопечных. К примеру, жена одного из заключенных написала письмо в местную газету со словами благодарности в адрес руководства за содействие в регистрации брака.

Если осужденным грех жаловаться на житье-бытье – многие проблемы по мере их появления так или иначе решаются, то у колонии в целом, отдельных ее сотрудников они остаются, как говорится, на точке замерзания.

Взять, к примеру, жилищный вопрос. Каждый вынужден выкручиваться по-своему: кто-то снимает угол у местных жителей, иные ютятся в общежитии.

┘К вечеру автор собрал свой нехитрый журналистский скарб. Мое трехдневное «заключение» в Леплейском «централе» наконец-то закончилось. За спиной закрылись железные массивные ворота КПП. Глубоко вздохнув, я ощутил пьянящий воздух свободы и пулей помчался на станцию.

Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) рассматривает вопрос о том, чтобы в 2019 году перепрофилировать колонии общего и строгого режима, где раньше отбывали наказание гражданские, под специализированные учреждения, в которых будут содержаться бывшие сотрудники правоохранительных органов.

Замглавы ФСИН Валерий Максименко заявил, что в России​ резко возросло число осуждённых за различные преступления сотрудников правоохранительных органов, и все специализированные колонии испытывают проблемы с местами для них.

Количество колоний для простых людей, которые не связаны с правоохранительными органами, сокращается и сокращено значительно. Но резко увеличивается количество колоний для бывших сотрудников. В этом году мы две открыли, и они уже заполнены. Надо открывать больше, - отмечает генерал-майор Максименко.

Согласно статистике тюремного ведомства, если в 2012 году в колониях содержалось около одного миллиона осуждённых, то на 1 ноября 2018 года - всего 472 тысячи.

Получается, что за шесть лет количество заключённых в России снизилось более чем в два раза, - сказал Валерий Максименко. - А вот количество среди них бывших правоохранителей только увеличивается.

Максименко связывает это с борьбой с коррупцией.

По информации Лайфа, сейчас на территории страны существует 13 колоний общего и строгого режима для бывших сотрудников правоохранительных органов. Это прокуроры, следователи СК РФ, сотрудники ФСБ, МВД, таможни и, конечно же, самого тюремного ведомства.

Как отмечают во ФСИН РФ, только за последние три года в России были открыты три новые колонии для бывших сотрудников.

Если в 2011 году существовало 10 таких колоний, в которых содержалось более 9 тысяч преступников, то с 2015 года по 2018-й пришлось открыть ещё три специализированных исправительных учреждения, - говорит собеседник Лайфа во ФСИН РФ. - Сейчас количество осуждённых бывших силовиков, находящихся в учреждениях ФСИН РФ, приближается к 12 тысячам человек.

По информации Лайфа, уже в 2019 году тюремное ведомство собирается провести перепрофилирование колоний общего и строгого режима под размещение там бывших силовиков и спецсубъектов.

В создании новых специализированных колоний для бывших правоохранителей нечего сложного и затратного для бюджета тюремного ведомства нет. Ведь из существующих сейчас в России 13 колоний для спецконтингента 12 уже были перепрофилированы из обычных зон. Ведь в России до 1992 года существовала только одна колония для бывших силовиков - ИК-13 в Нижнем Тагиле, - где одновременно содержалось более 1,5 тысячи осуждённых как на строгом так и на общем режиме, - говорит собеседник Лайфа во ФСИН РФ.

Как отмечают в ведомстве, из-за сокращения количества осуждённых многие колонии находятся на так называемой консервации.

Ведь на поддержание зоны в законсервированном состоянии приходится тратить деньги на охрану, отопление корпусов. А так, колонии расконсервируют, восстановят производства. Всем будет хорошо: осуждённым - условия содержания лучше, чем в переполненных ИК, а тюремное ведомство получит рабочую силу для восстановления производства в данных учреждениях, - отмечают во ФСИН РФ. - Да и новые рабочие места появятся для жителей близлежащих сёл и городов.

Как отмечают во ФСИН РФ, одна из последних колоний строгого режима для бывших правоохранителей была открыта в Башкирии. В ИК-8 отбывают наказания около 500 осуждённых. До перепрофилирования колония была общего режима и принимала "первоходок".

Так же, как и колония в Башкирии, в 2001 году была перепрофилирована колония строгого режима для бывших сотрудников правоохранительных органов ИК-5 в Мордовии.

До 2001 года ИК-5 была колонией общего режима для гражданских зеков. Но всё изменилось в 2001 году, когда существующие ИК для силовиков оказались переполнены. Пришлось открывать новую "красную" зону строгого режима, - рассказали Лайфу во ФСИН РФ.

Про данным Генпрокуратуры, из ​12,2 тысячи человек, признанных в 2017 году виновными в совершении коррупционных преступлений, 1,3 тысячи человек были сотрудниками правоохранительных органов. По данным ведомства, каждый девятый осуждённый за подобные преступления оказался сотрудником органов охраны правопорядка.